320

Галерея портретов, мыслей и историй – из первых уст, от настоящих мужчин

День защитника Отечества, отмечаемый в России 23 февраля, подавляющему большинству россиян давно уже перестал напоминать о годовщинах Красной Армии, а закрепился в массовом сознании в качестве Дня всех мужчин, совеобразный противовес 8 Марта. И это совсем не плохо, ведь случись что, мы все станем на защиту своего Отечества. Нам, мужчинам, хотелось бы так думать. Поэтому в канун 23 февраля корреспонденты ИА PrimaMedia отправились на поиски настоящих мужчин туда, где, как нам кажется, женщинам не место. Что из этого вышло? Получилась такая минигалерея портретов и историй — из первых уст, от настоящих локомотивщиков, работников порта, заводских рабочих, энергетиков и горняков.

Георгий Палач, 33 года

Слесарь по ремонту и обслуживанию электроподвижного состава локомотивного депо

Георгий Палач, слесарь по ремонту и обслуживанию электроподвижного состава
 Давно работаю, почти 13 лет занимаюсь обслуживанием электричек, ремонтирую внутрикузовное оборудование. Я выбрал такую профессию, потому что мне важно видеть результат – держать его в руках в буквальном смысле. Я думаю, нормальный мужчина должен выбрать одну профессию из двух: на производстве или родину защищать.

Чем я горжусь? На работе однажды нашел неисправность, которая могла привести к крушению поезда. Еще я сам построил дом. Стараюсь быть и на работе, и в семье человеком, на которого можно положиться. У меня много знакомых, которые сидят на шее у своих женщин. Я думаю, что мужчину характеризует его отношение к семье и к труду – он должен трудиться, трудиться и еще раз трудиться. Не для себя, а для других.

Сергей Просенюк, 60 лет

Слесарь локомотивного депо

Сергей Просенюк, слесарь локомотивного депо
 

Я обслуживаю электроаппаратуру, которая находится в электричках. Чем качественнее мой ремонт, тем меньше проблем. Люди не опаздывают и не мерзнут, электрички не останавливаются. Мне важно сделать качественно свою работу, чтобы электричка проехала в полной исправности.

Моя мама работала проводницей в электропоезде. Когда я был молодым, я ходил в моря, “шоферил”, а потом связался с электричками и остался. Вот уже 38 лет я два через два хожу в депо на работу.

Думаю, чтобы работать хорошо на одном месте годами, нужно любить свой “предмет изучения” – в моем случае, интересоваться электротехникой. Мы же полжизни на работе проводим. И по-настоящему осознаешь это, когда тебе уже 60.

Евгений Суховеев, 33 года

Начальник смены контейнерного терминала Владивостокского морского торгового порта

Евгений Суховеев, начальник смены контейнерного терминала ВМТП
 

Я начинал в порту тальманом — это тот, кто считает груз, контролирует погрузку и выгрузку. Потом двигался дальше, меня повышали. Сейчас я начальник смены, у меня в подчинении 100 человек.

У меня 12-часовые рабочие смены: два дня с 8.00 до 20.00, потом две ночных смены с 20.00 до 8.00. Достаточно сложно, зато потом отдыхаю три дня. Смены пролетают очень быстро. Время на отдых выделено во время обеда, в остальное время суток расслабляться нельзя – всегда есть работа с графиками и другими бумагами.

Моя основная задача — расставлять людей во время смены. Кого-то ставишь на краны, терминальные тягачи, погрузчики, других сотрудников отправляешь сигнальщиками. Ответственность большая, нужно следить за безопасностью производства, распорядком дня, за перемещением всех грузов и техники на причале. Нужно быть везде и всюду, а терминал большой.

У меня есть высшее экономическое образование, но менять свою работу на какую-то офисную не планирую. Сидячий образ жизни не понимаю, а работать в порту мне нравится.

Александр Барачевский, 60 лет

Докер-механизатор контейнерного терминала Владивостокского морского торгового порта

Александр Барачевский, докер-механизатор контейнерного терминала ВМТП
 

Когда-то я начинал учиться на художника, потом после армии пришел работать докером в порт. Это было 40 лет назад. Помню свой первый рабочий день – мы приехали с другом, попали в ночную смену и сразу “на мешки”. А друг мне еще сказал перед этим: если мешки нужно таскать, я сразу уйду. Но мы выдержали ночь, потом оба втянулись, и работа стала в радость.

Люди в порт приходили и уходили. Какой-нибудь штангист “на мешки” попадет, а потом смотришь – его уже нет, не выдержал. Штангу надо один-два раза поднять, а здесь каждый день.

Бывало, нужно было работать по пять смен подряд. Я мешков таскал много, на самых разных должностях в порту. Меня посылали в Камбоджу, там носил мешки с рисом, гуманитарную помощь. Был там 7 месяцев и знал, что все эти месяцы буду носить рис. Помогало то,что этот рис кого-то накормит и спасет.

Все меняется, 40 лет назад мы носили грузы на спине, а теперь есть техника. Сейчас я работаю на ричстакере, это погрузчик для работы с контейнерами. Мне нравится техникой управлять, хотя, когда был молодым, нравилось и мешки таскать.

У мужчины должен быть характер. Чтобы он мог спокойно принять решение, чтобы был сдержанным эмоционально, не жаловался. Характер должен быть, так сказать, нордический. Многие профессии преимущественно мужские – дальнобойщики, моряки, военные. Но мужественность – это не только физическая сила. Главное – характер.

Сергей Орлов, 58 лет

Машинист паровых турбин шестого разряда турбинного цеха Владивостокской ТЭЦ-2

Сергей Орлов, машинист паровых турбин шестого разряда турбинного цеха Владивостокской ТЭЦ— 2
 

Чем я занимаюсь на ТЭЦ? Участвую в снабжении города теплом и светом. Управляю турбинами, которые вырабатывают тепло и электричество.

Помню свой первый рабочий день: я зашел сюда и ужаснулся, как люди работают с этими приборами! Было удивительно, что человеческий мозг может вместить столько информации и этими машинами управлять. Что здесь повышенная опасность, потом уже пришло осознание. Рабочее давление у нас – 130 атмосфер, генераторы с 50 кубометрами водорода. Если трубка какая-то лопнет, представляете, что будет? Поэтому техника безопасности прежде всего. Здесь работают ответственные люди. Знаем, что одно неправильное движение, и можно полгорода обесточить.

Помню, как семь лет назад удалось предотвратить внештатную ситуацию. Так получилось, что у нас оторвало люк системы технического водоснабжения (морская вода поступает на ВТЭЦ-2 для охлаждения турбин), и вода полилась. Я был начальником смены цеха. Вижу, что уровень воды поднимается, но понять не могу, откуда. И связь как назло перестала работать. Я сориентировался. Вышел на улицу, один туннель отключил, именно тот, из которого лило. Непросто было определить это за считанные секунды, но у меня получилось, и аварию мы предотвратили.

Олег Борисович Турушов, 48 лет

Начальник смены электроцеха Владивостокской ТЭЦ-2

Олег Борисович Турушов, начальник смены электроцеха Владивостокской ТЭЦ— 2
 

Батя однажды сказал: “Ты будешь электриком, как я”. Так и вышло. Сейчас я работаю сменами по 12 часов, занимаюсь обеспечением бесперебойной и безаварийной работы электрической части станции. Отвечаю за то, чтобы наш персонал вернулся домой целый и невредимый.

У нас опасное напряжение, самое высокое – 220 тысяч вольт, есть и поменьше – 110 тысяч. Это напряжение, к которому даже нельзя приближаться. Чтобы бригада могла работать с оборудованием, напряжение с него снимаем мы.

Часто бываем в помещении с электричеством в 110 тысяч вольт. Мы про него шутим, что ходим “в грозу”. Там пахнет озоном, нельзя высоко поднимать руки. И я не вижу ничего мужественного в том, что имею дело с таким напряжением. Это просто моя работа. К тому же, постоянный риск – это интересно. Но жена переживает, когда я утром выхожу из дома, конечно.

Николай Дружинин, 30 лет

Ведущий инженер-технолог трубопроводного цеха Дальзавода

Николай Дружинин, ведущий инженер-технолог трубопроводного цеха Дальзавода
 

Я пришел на Дальзавод сразу после университета. Сейчас руковожу рабочими, которые производят трубы. Это то, без чего не может работать ни один корабль.

Все изделия цеха потом проходят три этапа контроля, их тестируют под давлением на наших и внешних проверках. Нельзя просто взять трубу, принести на корабль и привинтить. Если труба сделана некачественно, например, если это паропровод высокого давления, то систему разорвет, а вместо теплого помещения у нас будет замерзающее корыто.

Сергей Курочкин, 57 лет

Токарь на Дальзаводе

Сергей Курочкин, токарь на Дальзаводе
 

Я познакомился с токарным станком еще в школе, на уроке труда, когда мне было 10 лет. Потом поступил в “Фазанку”, а сразу после нее пошел работать на Дальзавод. Работал в разных цехах. Сейчас тружусь у токарного станка 62-го года выпуска: обрабатываю металл резанием, делаю детали круглого сечения.

Я работаю стоя восемь часов, раз в два-три часа перерывы. Беру кусок железа и убираю все лишнее, чтобы получилась скульптура – деталь. Мне нравится, что делаю из обычной железяки что-то, что вставят в корабль, что будет работать и приносить и пользу. Это кажется механической работой, на первый взгляд. Но есть свои тонкости. Нужно знать, как и под каким углом работать инструментом, чтобы он снимал металл, как масло.

Я оцениваю с положительной стороны свое участие в ремонте кораблей, но не говорю “давайте мне героя соцтруда”. Только хотелось бы, чтобы мой труд ценился выше.

Сергей Осавлюк, 51 год

Машинист экскаватора в “Приморскуголь”

Сергей Осавлюк, машинист экскаватора в "Приморскуголь"
 

Я работаю горняком почти всю жизнь. Сейчас занимаюсь погрузкой бурого угля на экскаваторе с ковшом емкостью 15 кубов на угольном разрезе Павловский номер два. Живу в Новошахтинском, мы туда специально переехали, чтобы работать на предприятии.

Рабочий день длится 11 с половиной часов. Я гружу уголь в самосвалы. Стараюсь работать быстро – если я где-то задержусь, машины выстроятся в очередь, и мы не сделаем план. Постоянно есть умственное и физическое напряжение, идет непрерывный процесс добычи угля. Поэтому мою работу не могла бы выполнять женщина.

Как раз сегодня мы дошли до нового пласта. Очень было приятно его видеть из кабины экскаватора. Когда наконец-то доходишь до него, понимаешь, что долгое время работал не зря и что угледобыча – это не просто купить-продать. Это очень серьезный процесс, в котором заняты тысячи людей.

Андрей Шурыгин, 45 лет

Водитель БелАЗа в “Приморскуголь”

Андрей Шурыгин, водитель БелАЗа в "Приморскуголь"
 

Я из Ярославки, там работы нет. На разрезе работаю на самосвале, моя задача – получить уголь у экскаватора и его довезти. Работаю в дневную или ночную смену, по-разному. Поэтому у меня уже нет привычки спать в какое-то определенное время суток. Организм привык, и я теперь сплю, когда получится.

Думаю, все работы хороши, кто на что учился. Я рос в СССР, поэтому не понимаю, как какая-то работа может быть ненужной или непрестижной. Мы все в какой-то степени зависим друг от друга. Я – водитель самосвала, вожу уголь и чувствую себя на своем месте.